До утра
День прошел замечательно. Утром я села в машину и поехала за новыми учебниками для чада. На Адаре было очень людно. Как-то не по-военному, а привычно, суетливо, как принято на торговой улице.
Потом заскочила на рынок. Необычайно расслабляющее и разноцветное зрелище. Мы жутко истосковались по фруктам: две недели я сидела за компьютером не отрывая глаз от перевода. Мне повезло: на рынке было море свежего инжира. Ярко фиолетовый, с беловато-зеленым хвостиком, ярко-красный и истекающий сладким соком на разрыве. Мы обсудили с пожилым арабом, почему "русские" не любят инжир и что я первая "русская", которая у него покупает ягоды. Я загрузила машину доверху луком, огромными помидорами, черными баклажанами, шампиньонами, перцами.
Продавцы за прилавками-духанами знакомо расхваливали свой товар и кокетничали. Все напряжение, накопившееся за прошлую неделю как-то сразу прошло в разговорах о том, как нужно правильно есть помидоры (с оливковым маслом и кумином).
Я поменяла модем на какой-то новый суперсетевой, мимо ворохов многоэтажных юбок с кружевами и оборками прошла к магазину школьных пособий, купила учебники, села в пропахшую зеленью и персиками машину и поехала к себе на Кармель.
Люди истосковались по нормальной жизни. Это чувствовалось на лицах выгуливающих премерзких собачонок дам в ярких индийских штапельных шароварах и безразмерных майках. Глубоко вздохнув, я пошла в парикмахерскую. Ощущение было удивительным: все возвращалось на круги своя. В парикмахерской уже полным ходом шло обсуждение текущей ситуации в стиле "пикейных жилетов", подопечные сидели на креслах, пытаясь догадаться, как они будут выглядеть после стрижки. Я поняла, что деваться некуда: я тоже села и тоже постриглась. Мы договорились с парикмахером Джалалем, что придем с чадом на процедуру назавтра утром. Напротив парикмахерской работала пошивочная мастерская, был открыт книжный магазин с гордым названием "Петербург". И было все по-летнему, по-полуотпускному, полу-каникульному, и голубая доска с дельфинами у меня в багажнике.
Вечером раздалась тревога. Мы сидели в убежище и слушали, как падают ракеты. Коты в убежище идти отказались.
Потом полетели "скорые". И снова был летний вечер. Запах кофе и жареного мяса из ближайшего кафе. У меня в холодильнике лежит купленный в супере свежий изумительный бриош и чьябатта со сладкими перцами. Спустился окончательный сумрак.
Тишина. И так теперь до утра.