Не шутите с Зоханом, You don't mess with the Zohan
Уфф, посмотрела. Самая главная эмоция - кайф от узнавания повседневности. Преломление сексуальной озабоченности израильского мужчины (в стиле "Зэ йаво, зэ йаво", типа, сейчас соргазмируешь), твердо убежденного в том, что мир вертится вокруг его "катана", арабского рынка, где в процессе торговли от миллионов остается одно только у одной из чужих жен "причинное место пощупать". Сценарий настолько гениален, что его невозможно пересказать, можно только или переслушивать или перечитывать.
Фильм полон псевдо-ивритско-идишских словечек, которые обрушиваются таким потоком, что их невозможно запомнить и воспроизвести, и оставляет ощущение необычайного тепла. Смотреть только на английском. Если бы мне дали его перевести, я бы транслитерировала абсолютно все. Судя по статье в "Газете.ру", дубляж засушил и уничтожил всю сочность и искрометность. Что, собственно, уже случилось в свое время с "Everything is illuminated". Короче, перевод надо было отдать Антону Викторовичу Нестерову, если он справился с "The Philosophers Gang", из этого он тоже вышел бы с большой честью.
Интересно, вот что значит разница в культурных кодах. В то время как московский критик сосредоточился на сексуально-фекальных моментах, израильский (в "Ха-Арец") на хумусе, который играет важнейшую роль чуть ли не в каждом кадре. В хумус макают шоколадку, хумусом укладывают волосы, хумусом поливают кота и гасят пожар. Хумус всемогущ, всеприсущ, неистребим и непобедим.
Может, кого-то и покоробит, что герой хочет стать парикмахером, но ведь жизнь-то она как раз о том, чтобы найти свою лямку и тянуть ее в душевном мире с самим собой и в радости.